четверг, 31 декабря 2009 г.

С Новым годом!



Всех зашедших сюда прошу принять соболезнования в связи с наступлением Нового года. Будем надеяться, он не принесет нам ничего особенно страшного, хотя предпосылки к тому созданы украинской властью по полной программе. С Новым Вас годом! Бог не выдаст - свинья не  съест!

пятница, 25 декабря 2009 г.

Жизнь, как кораблик из газеты вчерашней...



Я не знаю, кто автор публикуемого текста. Я его получил от Барсика из далекого Сакраменто. Думаю, что автор не обидится ни за то, что по пути к читателю потерялось его авторство (надеюсь, это временно), ни за то, что он, текст его, вообще опубликовался. Нет в нем ничего личного, а текст интересный и даже очень. Особенно (для меня) в той его части, где идет речь о роли элиты для нормального функционирования человеческого сообщества. Я его выкладываю так, как он ко мне пришел - даже с сохранением авторского заголовка, хотя мне гораздо больше нравится мой. В одном месте, правда, изменил порядок числа, чтобы приобрело оно здравый смысл. Танк, не форсирующий брод глубиной 8 см, - это какой-то бред, опечатка. 

Ну вот, я же знал, что автор быстро отыщется. Это бывший ленинградский литератор Михаил Хейфец, учительствовавший там в 503 средней школе. Ближе с ним можно познакомиться вот здесь: http://berkovich-zametki.com/Avtory/Hejfec.htm. А вот и ссылка на его публикацию: http://berkovich-zametki.com/2006/Zametki/Nomer7/Heyfec1.htm.  

Штирлица похоронили в Иерусалиме

Этот сюжет мне подарил почтовый ящик.


Арон Шнеер, научный сотрудник иерусалимского института "Яд ва-Шем", прислал мне посылку - солидный научный двухтомник "Плен" (исследование жизни и гибели советских военнопленных в Третьем Рейхе) и - маленькую книжицу под названием "Из НКВД в СС и обратно".

...Занимаясь в своём институте плановой темой ("Плен"), Шнеер познакомился с кем-то, кто, как сообщил ему приятель, "мог на эту тему многое рассказать". И свёл Шнеера со... Штирлицем! Да-да, с натуральным прототипом героя сериала. Штирлиц последние годы жизни провел и умер в Иерусалиме (он похоронен на Сионском кладбище в 2000 году). Награды носил такие: два ордена Ленина, орден Красного Знамени, орден Красной Звезды, Железный крест I степени, Железный крест II степени, знак вермахта "За участие в танковой атаке" и две нашивки за тяжелые ранения...

 Наш живой персонаж презирал своего киношного подражателя. Во-первых, тот был не женат и тем подставил себя под особое внимание гестапо ("кто такой? Импотент? "Голубой"? Боится расовых проверок? В любом варианте - за ним компромат). Киношный Штирлиц, по оценке прототипа, излишне любопытен ко всяким делам, не входящим в его служебную компетенцию немецкого офицера. И - спасает сообщников (радистку, детей). "Он не мог, не имел права так поступать. Сколько людей он мог подставить, себя, своё дело... Он как настоящий разведчик должен был избавиться от радистки. Ей, кстати, с первого для обучения вколачивали в голову: "Упаси тебя боже рожать! Орать при родах будешь по-русски. Забеременела - делай аборт. Аксиома". Короче, Штирлиц - "идиот", по определению прототипа. Да и чином прототип не "потянул": Штирлица Юлиан Семенов сделал штандартенфюрером СС (полковником), а герой Шнеера дослужился всего лишь до штурмбанфюрера (майора).

Тем не менее, общность судьбы у них явная. Иерусалимский "Штирлиц" согласился-таки нечто рассказывать Шнееру про свою семью и про работу в разведке - рассказывать под магнитофон (плёнок для книги у автора набралось на 20 часов!). Но часто герой просил магнитофон выключать... Более того, запретил называть свою настоящую фамилию, употреблял в беседе только псевдонимы, под которыми работал. Например, в Германии грузинский дворянин по отцу служил в СС под фамилией матери - там он был Авениром Беннигсеном (прапраправнук Леонтия Беннигсена, одного из убийц Павла I, главнокомандующего русской армией при Прейсиш-Эйлау и Фридлянде). В послесловии Шнеер называет его "Гоглидзе" (но в телефонном разговоре признался, что это - тоже один из псевдонимов его героя). Вдобавок прототип категорически запретил печатать в будущей книге свои фотографии, и обложку украшают всего лишь снимки совместного парада германо-советских войск в оккупированном польском Бресте. Парад принимали, напомню, двое рядышком - генерал Гудериан и комбриг Шимон Кривошеин.

Для любителей сериала сообщаю: в книге Шнеера можно найти ответы на многие вопросы, которые не могли не занимать ваше воображение при просмотре на экране. Например, как Исаев-Штирлиц мог попасть в Германию и как он проник в офицеры СС? Или - чем он занимался ежедневно восемь часов в Четвертом (кажется, так?) управлении РСХА (когда не шпионил на товарища Сталина - но на советский шпионаж, по признанию прототипа, уходило не больше 5%, "и то редко", его рабочего времени)?

Ответ таков: попал он в рейх через Испанию! Якобы получил (на фронте) сообщение, что родители (в 1936 году) арестованы, и тогда старший лейтенант танковых войск республики перешёл к франкистам, а от них - к немцам. Проверка закончилась благополучно, никто не удивлялся в родном Тбилиси, что его отец, замнаркома сельского хозяйства, куда-то исчез (удивились бы наоборот, если б спаслись: в их старый дом отец с матерью вернулись только после войны - единственные из всех жильцов). Родня в Германии (потомки младшего сына графа Бенигсена, который переселился в первой половине XIX века в родной Вюртемберг) подтвердила их кровные связи. Он сразу подал заявление в вермахт, а оттуда - в военные войска СС... Офицер не сомневался, чем и отличался от вермахтовцев, часто презиравших "чёрные руны"! Человек был смелый, решительный, талантливый, старательный, ну, и сделал карьеру в только что зарождавшемся роде войск.

Кем он служил? Сначала боевым офицером на фронте, а после ранения - завотделом кадров в одной из фирм у Мессершмидта: набирал для авиазаводов работников из советских военнопленных и гражданских лиц. Это позволяло ему посещать любое секретное производство в Германии ("самолёту нужно всё"), и можно было разъезжать повсюду свободно, находясь в курсе любых новинок германской авиации, что составляло суть его первого задания: "промышленный шпионаж".

 Самое интересное в книге Шнеера - наблюдать психологию убежденного коммуниста, признавшегося автору: если б его арестовали, умер бы у стенки с возгласом: "Да здравствует Сталин!" ("теперь мне смешно... Меняется человек, он же не чурбан, в конце концов") - наблюдать, как этот человек оценивал нацистскую Германию, вермахт. С одной стороны, "у меня всегда была абсолютная убежденность в нашей победе", но совмещенная с безмерным, просто слепым восхищением германскими обычаями, германским нравами. Собственно, с этого его рассказ и начинается: "...немецкий генерал или офицер во время работы не пьет и баб с собой не возит. Рокоссовский двух с собой возил постоянно. Жуков тоже свою стерву возил..." А вот "генерал фон Штауффенберг, когда его дивизия была отброшена, в третий раз повел танки сам. Разделся до трусов - лето жаркое, генеральская фуражка на голове, на шее рыцарский крест, постелил на лобовик танка коврик, сел, в одной руке бутылка коньяка, в другой бокал. И так под снаряды, в открытую, в трусах повёл за собой свою дивизию. Остался цел и позиции русских прорвал. Немцы есть немцы". И далее: "Знаете, почему на фронте немцы плохо относились к советским офицерам? Какое отношение может быть у меня, офицера, к вам, офицеру, когда вас поймали в солдатской массе... Помните, как прячется полковник в "Живых и мёртвых" Симонова"? С нашей точки зрения это правильно, но с точки зрения западного офицера, не только немецкого, любого - это страшное падение. Ты прячешься за спину солдата, когда солдат должен прятаться за твою спину... Поэтому если немецкая часть попадает в окружение, она дерётся... Солдат не спрашивает, что там у нас справа или слева. Приказ есть приказ - мы стоим здесь, и всё. А у нас, как только часть попадала в окружение, моментально всё летело к чёртовой матери. В некоторых частях начинался худший самосуд... Полк попал в окружение. Батареи все свои пушки взорвали. Бардак полный. Всё - офицеры кончились. Чем занялся командир первой батареи? Разыскал комиссара и пристрелил. Чем занялся майор Ермаченко, начштаба? Поймал своего комполка, который ему вот так приелся, и пристрелил. Как только полк оказался в кольце, он перестал существовать как воинская часть... Если бы порядок не был порушен, разве пришлось бы несчастному комфронта Кирпоносу с тысячей офицеров застрелиться?.. Там было 80 тысяч солдат, которыми они командовали. Но они не могли командовать. Они не были офицерами в глазах своих солдат".

Глазом советского человека подлинный "Штирлиц" из СС схватил важнейшую язву советского общества - исчезновение элиты. Репрессии 1937-38 годов оказались страшными не только тем, что истребленным оказалось опытное офицерство (по этому вопросу до сих пор идут споры - насколько велик был урон и даже был ли он вообще, а, если был, когда именно свершился), но тем, что подорвали авторитет элиты в Союзе! Командир стал в глазах подчиненного неведомо кем - сегодня начальник, а завтра враг народа... Командирам перестали доверять - а без доверия к офицерам часть не есть армейское подразделение, она просто сброд. Тоска по элите, которую можно уважать, в значительной мере объясняет потрясающий зрительский успех сериала про Штирлица: публику заворожило в СС то же самое, что "Авенира Беннигсена" в 1940-х гг. в офицерах вермахта: порядок, организация, верность своим - даже накануне краха. И ещё... Просто внешняя галантность заворожила - вспомните, с каким удовольствием советские актеры щелкали каблуками, красиво приветствовали друг друга (Шнеер комментирует его рассказ так: "Наверно, именно галантность немецких офицеров, да и не только офицеров, поражала советских женщин... Возможно, это было причиной, что в Калуге, которая и была-то под немцами 2.5 месяца, по сводке Особого отдела "было зарегистрировано 52 брака немцев с нашими девушками в церквах, официально". В той же "Калуге издан приказ коменданта о доставке в публичный дом 80 девушек. Явилось добровольно 250").

Что меня лично поражает в рассказах "Штирлица" - это ничтожная эффективность работы разведки (это, собственно, поразило уже в сериале: ну, узнал персонаж-герой для т. Сталина про переговоры Даллеса с Вольфом - и что из этого вышло? Союзники допустили, как известно из истории, представителя т. Сталина, и немцы капитулировали в Италии месяцем позже. Экое, прости Господи, достижение - они оттянули германскую капитуляцию...). Наш герой признается автору - за 41-45 год у него контакт с Центром возникал раз 5-6 от силы.

 И каков результат, т. е. кому в армии стала известна добытая им информация? Вот собственные оценки "Беннигсена" - ещё в роли танкового офицера. "Вот если бы в 41-м советский командир взвода знал, что броня у немецкого танка T-1 - всего 15 мм и пробивается бронебойной пулей и что брод глубиной в 80 см он не берет, то он бы через Припять не бежал и на этом берегу сидел бы и ждал, когда танк сунется и сам утонет. Если бы командир знал, что пушка у немцев образца 1912 года и дальше 8 км не плюет, он бы на 20 км не отступал. Но Ванька-взводный этого не знал... Я вам говорю, советские танки буквально давили немецкие. Но немцы не сделали такую глупость, как мы. Мы выпустили командирский Т-26 с круговой антенной вокруг башни, в отличие от других танков... Немцам не стоило труда определить командирский танк и на нём сосредоточить прицельный огонь, выбив командира в начале боя". Этого советские конструкторы советских танков так и не узнали от своей разведки, а ведь наш Штирлиц отлично в этом разбирался с самого начала...

 "Штирлиц" сообщил в Центр и о проектах новых самолетов Мессершмидта, но сведения не были использованы (в частности, обвинение в невнимании к германским наработкам было предъявлено министру авиапромышленности Шахурину на процессе - уже после войны). С другой стороны... По словам Гоглидзе-"Беннигсена", германские генералы, да и все военные заранее знали про огромную опасность войны против СССР - но разведка не смогла предупредить штаб армии о величине опасности (вспомните знаменитую фразу Гитлера: "Если бы я заранее знал о том, сколько у русских танков, я бы не начинал эту войну").

 Особо отметим рассказы разведчика о его службе в Париже уже чине полковника ГБ против американцев после войны. Самое важное, чего удалось ему добиться, - скомпрометировал американцев в глазах французских властей (американцы шпионили против Франции - "грубо работали, мягко говоря"). Ну, вывели гебисты Францию из военных сил НАТО, экое, прости Господи, достижение! Великолепные спектакли герой ставил, описывает их... Но читаешь и думаешь: Боже мой, на что ушла великолепная жизнь талантливого человека, как бездарно ею распорядились, как ничтожно от него мало осталось... Какой почти нулевой результат - от человека таких способностей, таких знаний... Он сам отлично всё это понимал: "Кораблик из газеты вчерашней" - его собственная оценка прожитой жизни...

 Жалко не упомянуть в конце отклика хотя бы нескольких эпизодов, которые поведал герой израильтянину Арону Шнееру. Скажем, я раньше не знал, что французский генерал Жанен, выдавший Колчака красным, вопреки данному им честному слову, получил от офицерских клубов посылку - 30 серебряных монет, и через два года, затравленный коллегами, застрелился. Не знал, что "(категорически, горячо, быстро): Не было никакого Николая Кузнецова. Был прусский дворянин Наум Зиберт. Немецкий инженер... убежденный антифашист. Конечно, он был неуязвим - старший офицер, тяжело раненный, у которого в Восточной Пруссии отец, сестра, поместье, сахарный завод. Родные от него письма получали, пока он не погиб. Медведев, конечно, не знал, что он настоящий немец. Фотографию его родителей, русских, вы хоть раз видели? Нет. Не было их. Тоже мне, нашли "русского Кузнецова"... Написать можно всё, что угодно". Не знал ничего про Максима Файнштейна, который под именем Макса фон Штейна возглавил авиационный цех у Мессершмидта и организовал диверсии - уничтожение каждого четвертого выпускаемого самолета (Беннигсен, в частности, его "прикрывал", хотя Файнштейн не подозревал о его истинной роли. "В Бауцене памятник ему поставили. После войны своими глазами видел. Когда я вернулся домой, написал рапорт. Товарищи из ВВС приходили, записывали ...
- Ну, и...
- Я так понял, что не захотели они ещё одного еврея героем считать").
Рассказ о Файнштейне сопровождается комментарием героя: "Вот вам, кстати, ещё раз о благородстве и романтике разведки. Исключается всякая романтика. Грязь и подлость. Честный человек в разведке не работает.
- Так вы считаете, что любой разведчик, и вы в том числе, мерзавец и подлец?
- Неужели я вам мало рассказал?".

 Книга Шнеера дает бесценный материал для размышлений о смысле жизни, о судьбах поколений, которые служили идеологии, т. е. "искателям солнечных зайчиков", по собственному выражению Гоглидзе: "Вы знаете, что именно вызывало бешеные аплодисменты в "На дне", поставленном Мейерхольдом? Появляется Барон, снимает драный цилиндр, кладет туда шарф, бросает перчатки в этот цилиндр и швыряет его на стол. Так вот: у меня остались от жизни - перчатки без пальцев и драный цилиндр" (стр. 181). 


Так завершилась в Иерусалиме - словно в кино - истинная судьба легендарного Штирлица.
"Жизнь - как кораблик из газеты вчерашней..."

 

Болезни и лекарства

Вообще-то век бы их не знать, и век бы о них не говорить. Но что делать, если их список растет, растет, и постепенно начинает напоминать тот, который я видел в некрологе товарища Черненко…
 
Я лежу на диване в кабинете. Уже несколько лет это мое основное занятие. В руках ноутбук – и друг и инструмент одновременно, – пароход и человек, так сказать. Жить в нормальном вертикальном положении не позволяет артроз, поразивший, в основном, позвоночник и суставы. 

Иногда я прислушиваюсь к тому, что делается в соседней комнате. Там жена смотрит телевизор. Сейчас как раз “рекламная пауза”: “У вас сердце? Пумпан! У вас печень? Пумпан!! У вас геморрой? Пумпан!!!” Вот такая нынче панацея – пумпан. Но при артрозе он бесполезен. Бесполезно и то, что якобы “помогает”. Несколько лет тому назад я закупил на большую сумму американский (вроде бы) терафлекс, принимал его месяца три – без толку, колол еще более дорогой итальянский препарат – дону – с тем же успехом…

Между тем постарела наша собака – добрейшая и умнейшая дама-доберман, – стала тянуть задние лапы. Оказалось, все тот же артроз. Доктор рекомендовал лекарство. Очень дорогое. Купил и стал кормить им собачку. И, – о чудо! – буквально через несколько дней собачка забегала и запрыгала. Стал я интересоваться составом чудо-таблеток. Оказалось – все те же хондроитин и глюкозамин, которыми пытался лечиться и я. Собственно говоря, ничего другого и не существует. Хоть для собак, хотя для людей. Стал и я тащить таблетки из собачьей банки, благо в банке – 250 таблеток, только дозу скорректировал по массе. У меня такого мгновенного и волшебного эффекта не было, – стадии болезни все-таки разные, – но существенное облегчение наступило, и весьма быстро. Задвигался я гораздо свободнее и живее.

А теперь предложите правдоподобную гипотезу для ответа на вопрос, почему “человеческое” лекарство оказалось бесполезным, а “собачье” принесло облегчение? Наиболее правдоподобной среди них кажется следующая: аптека продала фальсификат, а ветеринарная аптека – оригинальный препарат. Ветеринарный рынок много уже, фальсифицировать – нет большого смысла, поэтому ветеринарные аптеки менее засорены фальсификатами. Точно такую же историю, только о лекарстве притив рака желудка, мне потом рассказали друзья. Теперь вопрос на засыпку: а есть ли в наших аптеках вообще нефальсифицированные импортные лекарства? Ответа на него я не знаю, возможно, что и нет их.

Теперь “про пумпан”. Нетрудно сообразить, что товары и услуги, на которые есть устойчивый платежеспособный спрос, в рекламе не очень-то и нуждаются. Вы когда-нибудь видели рекламу сапожной мастерской? Или – сахара? Не требуется. (Впрочем, я один-единственный раз видел: "Евроремонт обуви"!) 

Реклама требуется новинкам. Но тогда это не реклама, а просто информация. А еще она крайне нужна товарам и услугам, которые без нее никто не будет покупать. Это в первую очередь недобросовестные медицинские услуги и плохие лекарства. И в особенности – их фальсификаты. Недавно один знакомый стоматолог открыл мне глаза: чистит зубы не зубная паста, а зубная щетка, а зубную пасту делают, чтобы ее продавать. Преимущественно. 

Очень многие люди, особенно в почтенном возрасте, доверяют рекламе слепо. Для моей 89-летней мамы реклама – это святая истина. Послушай, говорит она, я вот тут в газете прочла… Мама, говорю я, послушай ты меня, я ведь о рекламе не понаслышке знаю, в газетах 20 лет проработал: газета напечатает все, за что ее клиенты заплатят. А внизу напечатает меленьким шрифтом: “Ответственность за достоверность рекламной информации несет рекламодатель”. А телевизионщики об этом вообще промолчат. Но ты ведь мелкого шрифта не читаешь, так? Послушает. А при следующей встрече “опять двадцать пять”: я вот тут читала…

По отношению к таким людям наша реклама – это наглая необузданная подлость, инструмент обмана и мошенничества. Об этом все знают и все это понимают, и если ничего по этому поводу не предпринимают (а можно было бы и предпринять путем законодательного закрепления "хороших" дефиниций), то потому, что такая подлость внутренне присуща нашему обществу – хоть в аптеке, хоть в избирательной кампании. Реклама заменила нам всю ту ложь, которой в СССР наполняла нашу жизнь через те же каналы “ум, честь и т.д.”, она лишь стерелизовала ее от каких бы то ни было возвышенных поползновений. Это болезнь, против которой есть только одно, но очень дефицитное, радикальное лекарство – личная совесть. Но его никто не рекламирует. 

Вот ведь парадокс: людей жаль, - и в массе и по одному, - но... все мы равно кузнецы своего "счастья". 



понедельник, 21 декабря 2009 г.

Три немаленьких статьи

Только что я выложил сюда три немаленьких статьи (читать их следует сверху вниз - в таком порядке они писались и публиковались), написанных три года тому назад совместно с одним из заместителей гендиректора ННЦ НАНУ "ХФТИ" Валерием Шулаевым в связи с широко реламировавшейся деятельностью частной физической лаборатории "Протон-21" и ее руководителя С.В. Адаменко. Ребята много обещали да мало сделали, хотя деньги (у группы Приват?) "срубили" хорошие. Валерий Михайлович в свое время был единственным членом одной высокой комиссии, изучавшей эту деятельность, отказавшимся подписать ее протокол с положительной оценкой.

Эти статьи были доступны в Интернете и пользовались успехом у читателей. К настоящему времени они оттуда исчезли вместе со старым сайтом газеты. Говорят, что сегодня достижения С.В. Адаменко тестируются на Западе. В таком случае актуальность темы не исчезла, хотя и сильно уменьшилась в размерах, и я думаю, что она и сейчас способна возбудить читательский интерес. 

Нуклеосинтез или «эффект пылесоса»?


В своем № 29 ВТГ опубликовала объемное интервью, взятое журналистом Натальей Шаплыченко у руководителя частной физической лаборатории «Протон-21» Станислава Адаменко.


Оно озаглавлено «Сверхновые звезды рождаются на украинской земле, но здесь они, похоже, никому не нужны, кроме тех, кто их зажигает». Этот заголовок уже сам по себе бросает вызов украинскому научному сообществу, и было бы странно, если бы он остался без ответа.

Суть экспериментов Адаменко состоит в том, что небольшая цилиндрическая мишень, диаметром около 0,5 мм изготовленная из достаточно чистого металла – в данном случае меди (чистота – несколько девяток) – подвергается воздействию высокоэнергетичного электронного пучка из импульсного ускорителя электронов с поперечником, много меньшим поперечника мишени. Энергонасыщенная электронная «нанопуля» бьет в центр основания цилиндрической мишени. Мишень при этом плавится с образованием микроплазменного сгустка, который мгновенно разбрызгивается в объеме вакуумной камеры. Часть брызг попадает на накопительный экран, размещенный позади мишени. Так как количество вещества, попадающего на экран в одном эксперименте невелико, эксперимент повторяется несколько раз. С этой целью вакуумная камера установки разгерметизируется. Вместо разрушенной мишени устанавливается новый образец. Вакуумная камера откачивается. В очередной раз генерируется электронный импульс. Мишень вновь разрушается. Все разрушенные мишени и микробрызги, попавшие на накопительный экран, исследуются на предмет  их химического элементного состава. Этот состав всегда оказывался удивительным. На поверхности мишеней и на микробрызгах, на накопительном экране, качественно и количественно обнаруживаются химические элементы, которых изначально в веществе мишени (меди) не было, и из этого удивительного состава делаются еще более удивительные выводы об управляемой трансмутации химических элементов и их изотопов. Станислав Адаменко результаты своих исследований назвал «Несиловым» методом управляемого нуклеосинтеза».

Прежде всего, заметим, что взаимодействие высокоэнергетичных электронных пучков с твердыми телами действительно является интересным и давно исследуемым разделом экспериментальной и теоретической физики, в котором было (и еще будет!) обнаружено много интересного, поэтому его усилия в этом направлении можно только приветствовать, тем более, что ему и его сотрудникам удалось создать отличную экспериментальную машину с экстремальными параметрами. Но дело в том, что на работы С. Адаменко по «Несиловому» методу управляемого нуклеосинтеза» существуют отрицательные экспертные заключения. Они даны Отделением физики и астрономии НАНУ и Национальным Научным Центром «Харьковский физико-технический институт». Основная причина отрицательного мнения экспертов – отсутствие какой бы то ни было внятной физической гипотезы на основе существующих фундаментальных представлений физики для объяснения природы этого невероятного элементного состава микробрызг по отношению к исходному материалу мишени и накопительного экрана. Поспешные же предположения о принципиальной фундаментальной новизне наблюдаемых фактов противоречат древнему принципу научной методологии, известному как «бритва Оккама» и гласящему, что «не следует умножать сущностей сверх необходимого».

Сегодня можно высказать более или менее внятную гипотезу о появлении несвойственных материалу мишени и накопительного экрана химических элементов. Один из авторов настоящей заметки (В. Шулаев) в свое время лично посетил лабораторию «Протон-21», в том числе и те помещения, в которых проводились эксперименты. Ознакомление с лабораторными помещениями и дало толчок к изложенным ниже выводам о возможных источниках этих химических элементов.

Сразу же обратим внимание читателя на то, что для проведения прецизионных исследований, результаты которых зависят от химического элементного состава любых веществ, требуется принятие специальных мер. Первая мера связана с тем, что такие исследования следует проводить в помещениях, попадающих в категорию «сверхчистые». Что это такое, легко понять, ознакомившись с несколькими фактами. Атмосферный воздух, которым мы дышим, кроме основных газовых компонентов (кислород, азот и др.), содержит также огромное число взвешенных нано- и микрочастиц разной природы: неорганической пыли, различных видов аэрозолей, микроорганизмов, вирусов, бактерий и др. По данным, полученным в Токийском университете, концентрация таких частиц размером около 0,1 мкм и выше в атмосферном воздухе достигает 3,5*109 м-3 ' . Источник этой информации –  монография «Чистые помещения» под ред. проф. И. Хаякавы, выпущенная издательством «Мир» в 1990 г. Однако каждый из нас и так прекрасно знает об этом, исходя из собственного опыта, с раздражением наблюдая в лучах солнечного света мириады пылинок в собственной квартире или на поверхности полированного стола. Природа появления в воздушной атмосфере пылинок, аэрозолей, биологических микроорганизмов может быть самой разнообразной: индустриальные дымы, выхлопные газы автомобилей, пылинки неорганического происхождения из почвы и др. Самыми мощными генераторами различных видов малых частиц в атмосфере являются люди. Весь этот конгломерат малых частиц содержит практически всю периодическую таблицу элементов Д. И. Менделеева. Кроме того, в случае производственных и лабораторных помещений нужно учесть другие источники генерации нано- и микрочастиц. Например, в случае, имеющем отношение к нам, частицы железа малых размеров возникают в большом количестве при закручивании или откручивании стальных болтов. Если их периодически взвешивать, можно зафиксировать убыль массы болтов. Со слов Станислава Адаменко известно, что вакуумная камера импульсного ускорителя электронов на болтовых соединениях открывается и закрывается около 20 раз в сутки. Нано- и микрочастицы железа оседают на медной мишени, накопительном экране и внутренних стенках вакуумной камеры. Генерация нано- и микрочастиц золота происходит при истирании гаечным ключом обручального кольца усердного лаборанта вакуумной установки. Эффект тот же самый, что и в случае частиц железа. При наличии платинового обручального кольца есть надежда обнаружить и наличие платины, как на мишени, так и в микробрызгах меди на накопительном экране. Другим источником наночастиц благородных металлов являются ювелирные украшения персонала лаборатории. Интенсивным источником пылевого загрязнения является также одежда персонала и его производственная деятельность.

Впервые с пылевыми эффектами столкнулись на заре микроэлектроники
более 50 лет назад, когда стало ясно, что они являются основной причиной брака микросхем. В 1965 году в Японии были созданы первые технологические помещения, в которые поступал воздух, подвергавшийся очистке высокоэффективными фильтрами. В них убиралась не только пыль и аэрозоли, но также уничтожались всевозможные биологические микрообъекты. За прошедшие 40 лет количество всевозможных малых частиц в производственных помещениях такого типа было уменьшено до фантастического уровня. В производственных помещениях, которые относятся к категории 10 (сверхчистые), допустимо присутствие не более 35...350 частиц на кубический метр воздуха, при размерах частиц порядка 0,1 мкм. Производственный персонал одет в специальную одежду, исключающую выделение любых пылевидных частиц. Органы дыхания и рот закрыты специальными масками.

В ходе посещения лаборатории «Протон – 21» Шулаев В. М. обратил внимание на то, что помещения, в которых ведутся прецизионные исследования, являются обычными. В них не предпринято никаких мер по созданию специальных условий по зашите воздушной атмосферы от загрязнений. Воздух лабораторных помещений ничем не отличался от воздуха обычного складского помещения или сарая, где хранится хозяйственный инвентарь фермера. Поэтому при открывании вакуумной камеры импульсного ускорителя электронов чистые поверхности мишени и накопительного экрана становятся коллекторами этой пыли. Она оседает на всех доступных местах. Механизм ее прилипания давно известен и имеет электростатическую природу. Таким образом, чистые поверхности при контакте с атмосферой выступают в роли «пылесоса» При этом малые частицы не обнаруживаются визуально, но зато легко детектируются рентгеновским микроанализатором при исследовании их химического элементного состава. Например, наночастицы золота фиксируются самостоятельно на растровых электронно-микроскопических изображениях. Если бы золото осаждалось из плазменного микрофакела, то оно должно было бы находиться в меди в состоянии твердого раствора замещения, как в любом ювелирном украшении. Это свидетельство артефактной природы наночастиц золота на накопительном экране. То же самое относится и к обнаружению других малых частиц. Все они дискретно распределены на микробрызгах меди. Они могут располагаться либо на поверхности, либо замуровываться в их объем в результате многократного микроразбрызгивания медных мишеней. В любом случае, исходя из анализа растровых электронно-микроскопических изображений микробрызг меди, можно сделать однозначный вывод о том, что эти малые частицы не были компонентом микроплазменного факела.

Таким образом, в экспериментах С. Адаменко, хотя он сам, по-видимому, об этом не догадывается, в течение многих лет имеет место проведение мониторинга загрязнения воздушной атмосферы самых обыкновенных, рядовым образом убираемых лабораторных помещений, об особой чистоте воздуха в которых никто и никогда не заботился. Поэтому, на наш взгляд, прежде чем подвергать результаты, полученные в лаборатории, проверке серьезной международной комиссией и выдвигать какие бы то ни было гипотезы, лежащие за пределами «старой», а фактически – сегодняшней – физики, следовало бы исключить этот «эффект пылесоса».

Валерий Шулаев, к.ф.м.н., с.н.с.
Валерий Тырнов, к.ф.м.н., доцент

© Copyright: Тырнов Валерий Федорович (valeryj@mail.ru), Шулаев Валерий Михайлович. Перепечатка разрешается, гонорар приветствуется. Реквизиты – по е-мэйлу.

 

Парниша, у Вас спина белая…



У нашей статьи «Нуклеосинтез или эффект пылесоса», опубликованной в № 37 ВТГ, оказалась несколько кривая судьба. Поэтому есть необходимость вернуться к ее теме и рассказать, что мы хотели сделать, что сделали, и что из этого получилось.

Случилось такое расположение звезд, что одному из нас летом 2006 года захотелось написать статью, которая привлекла бы внимание научно-технической общественности и истеблишмента Украины к чисто технической проблеме, которая в Украине не то чтобы замалчивается – она даже не осознается. Мы обсуждали ее, сидя иногда на скамейке у «солдата» - места, популярного в нашем городе. Обсуждали и сообразили, что написать на эту тему текст, простой как огурец – дело бессмысленное. Его никто не заметит. Это должно быть что-то шокирующее. Что-то, сильно привлекающее внимание. Одна из идей была такой: найти громкую работу в физике и подвергнуть ее разгромной критике с точки зрения интересовавшей нас проблемы пыли и чистых от нее помещений. Она состоит в том, что в Украине чистых помещений практически просто нет. Но что значит «громкую»? Громкую – для кого? И тут – как подарок – появляется интервью С. Адаменко… Кандидатура вне конкуренции.

Так что, тот факт, что С. Адаменко, его лаборатория, и ее работы стали объектом нашей критики, в значительной степени является случайным. Мы не собирались (да и сейчас не собираемся) вступать с ними в научную полемику о нуклеосинтезе. Это дело такое же бессмысленное, как и споры на тему, есть ли Бог на Небе. Ибо есть вопросы, по которым невозможно спорить ввиду огромной разницы в понятийных базах спорящих. Для профессионала-физика некоторые темы (в том числе и Бог на Небе) являются чуть ли не табуированными, настолько они противоречат его здравому смыслу и профессиональной культуре. Но всегда были и всегда будут люди, не сильно приверженные ни здравому смыслу, ни профессионализму, для которых их фантазии, порожденные пусть даже самыми лучшими побуждениями, всегда будут сильнее и выше и того и другого. И они всегда будут изобретать то «торсионные поля», то получение даровой энергии из «закрученной» воды, то… промолчим о том, что близко. Дело не в ультраконсерватизме «академической науки». Те, кто говорят об этом ультраконсерватизме, даже не представляют себе, сколько мусорных идей в рабочем порядке, порой даже мимолетно, рождается в головах «ульртраконсерваторов», но они безжалостно отсекают их, ведомые законами и парадигмами своей науки. И авторы фантазий всегда будут искать, а часто и находить, поддержку и «понимание» у не очень грамотных политических деятелей из числа тех, кто «университетов не кончал», в лучшем случае – Пажеский корпус заочно.

***

История чистых помещений началась около 40 лет назад. В наши дни чистые помещения прочно вошли в жизнь человека. Технологии чистых помещений уже давно и широко применяются в строительстве и реконструкции объектов фармацевтической и медицинской промышленности, в биотехнологиях, парфюмерии и косметике. В производстве целого ряда продуктов в пищевой промышленности (например, сыров) и виноделии по современным, хотя и не нашим, стандартам требуется использование чистых помещений. В развитии микроэлектронной промышленности чистые помещения играют особо важную роль с момента зарождения отрасли. И чем меньше становились компоненты современной электроники, тем более высокие предъявлялись требования к чистым помещениям. В отличие от чистых помещений для фармацевтики, медицины, биотехнологий, пищевых производств, для микроэлектроники и вообще техники особое значение имеет контроль не микроорганизмов, а микро- и наночастиц в воздушной среде чистых помещений. Без чистых помещений невозможно обходиться во многих отраслях промышленности: аэрокосмической, точной механики, оптико-механических приборов, часовой промышленности, а также на предприятиях ряда других отраслей. Как это ни странно, но в научных исследованиях практически всех отечественных НИИ игнорировалось использование чистых помещений, кроме НИИ, связанных с микроэлектроникой. Правда, у этого несчастья есть одно смягчающее обстоятельство. При проектировании зданий научно-исследовательских учреждений на территории государств бывшего СССР международные стандарты по чистым помещениям по экономическим соображениям большей частью игнорировались (слишком уж это дорогое удовольствие). Эта проблема во весь рост заявила о себе во всем мире при организации и проведении крупномасштабных нанотехнологических исследований с начала нынешнего столетия. Отсутствие чистых помещений, которые являются, как уже отмечено, очень дорогим удовольствием, стало одним из существенных препятствий (а в ряде случаев – непреодолимым барьером) на пути к нанотехнологической революции на территории ряда государств бывшего СССР. Поэтому в воздухе носится проект будущего, в котором эти государства будут чем-то вроде отсталой деревенской провинции на окраинах западной цивилизации. Что такое чистое помещение?

Чистым помещением или чистой комнатой называется помещение, в котором концентрация взвешенных в воздухе частиц (а при необходимости – и число микроорганизмов) поддерживается в определенных пределах. Под частицей в этом случае понимается твердый, жидкий или многофазный объект или микроорганизм с размерами от 0,005 до 100 мкм. При классификации чистых помещений рассматриваются частицы с нижними пороговыми размерами от 0,1 до 5 мкм. Класс чистого помещения характеризуется классификационным числом, определяющим максимально допустимую концентрацию взвешенных частиц каждого размера в одном кубическом метре воздуха.

 
Диаграмма по относительному вкладу различных источников загрязнения чистых помещений

Но это лишь одна сторона многогранной проблемы. Достаточно взглянуть на приведенную диаграмму (рис. 1), чтобы понять, что проблема чистых помещений носит комплексный характер. Недостаточно создать собственно чистое помещение, которое обеспечивает нужный класс чистоты при отсутствии технологического оборудования и персонала. Нужно одновременно применять оборудование, выделяющее минимум загрязнений или не выделяющее их вообще, одеть людей в «непылящую» одежду (рис. 2 и 3), научить их правильно вести себя и т.д. Иначе значительные капитальные затраты на создание чистых помещений попросту бессмысленны.

В случае лаборатории «Протон-21», как было описано нами в предыдущей публикации, окружающая среда является источником загрязнения кремнием, оборудование на стальных болтах – источником примеси железа. А самым главным источником большинства загрязнений, как было отмечено нами, являются сотрудники лаборатории. Нам было приятно узнать, что они работают в перчатках и не оставляют свои отпечатки пальцев. Возможно, это кого-то и заинтересует. Но, как показывает практика, для проведения серьезных научных исследований этого мало (см. рис 1). 
В Европе существуют стандарты на чистые помещения – это стандарты серии ИСО 14644. На протяжении 2000-2005 гг.. эти стандарты дословно принимались Россией с добавлением к номеру стандарта приписки ГОСТ Р. Заметим при этом, что Россия, в отличие от Украины, к вступлению в Евросоюз не особенно стремится. Но она ввела у себя европейские стандарты на чистые помещения, а Украина – нет. Украина никаких стандартов не ввела, очень уж дорого им следовать. Это означает, что в сфере технической политики между Украиной и Европой рано или поздно произойдут нестыковки.

Достигли ли мы поставленной цели? Отчасти – да. К сожалению, в связи с ней никак не «засветился» наш достопочтенный истеблишмент. Ну, просто никак. Иначе повело себя научное сообщество. По теме публикации прошло большое число семинаров в научных коллективах, вследствие чего проблема получила достаточно (для первого раза) большую огласку. Можно сказать, что «волна пошла». Это видно и по числу посещений соответствующей ветки Интернет-форума ВТГ – к настоящему моменту ее посетили несколько тысяч человек.

***

Но вот чего мы не ожидали – так это «адаменкоцентризма». Мы с пониманием относимся к тому, что самому  Станиславу Васильевичу и его сотрудникам кажется, будто именно они являются главным центром публикации и единственным объектом ее критики. Разочаруем – это не так. Хотя сами они до того убеждены в обратном, что основным пафосом их теперешней публикации «Стоит ли ждать Билли?» (которую мы, с вашего разрешения, будем впредь называть претензией) стал мотив «заказухи»: некие неназываемые академики-консерваторы нашли двух кандидатов-негодяев, которые исполнили их заказ на «научное киллерство» и «замочили» гениального самородка. Присутствуют и пассажи относительно враждебных международных организаций (тоже заказчиков?), в которых совершенно явственно чувствуется угроза весьма старого образца.

Тезис этот для нас достаточно оскорбителен, тем более, что никаких доказательств для него не приводится (и приведено быть не может), хотя попытки выяснить, не заказная ли наша статья, нам известны, как известно и то, что ответы вопрошателями получались отрицательные. То есть, обвинение в «заказе» может быть с полным основанием названо заведомо ложным. Высказанное вслух, оно было бы достойно судебного иска, если бы можно было предъявить его, минуя газету, которой мы, напротив, благодарны за предоставленную нам площадь на полосах.

Пытаясь возражать, авторы претензии сумели наговорить достаточно нелепостей, вскрывающих глубину их невежества в области физики, которые иначе, чем словом «подставились» не назовешь. «Теперь представьте себе, уважаемые читатели, что у вас есть металлический диск размером с копейку, и что вы, не подводя к нему энергию, не сообщая электрический заряд и не создавая никаких специальных воздушных потоков, за несколько минут собираете на этот диск, более того, – «вгоняете» в него так, что ее нельзя сдуть, всю пыль из воздуха приличной трехкомнатной квартиры!» - говорят они, и вряд ли подозревают, до чего ж они неправы. Ибо, когда два куска вещества, какой бы природы они ни были, приводятся в соприкосновение, вследствие совершенно неотменимого выравнивания так называемых химпотенциалов часть свободных зарядов, всегда имеющихся в них, перетекает с одного на другой и между ними возникает так называемая контактная разность потенциалов. То есть, когда человек берет «копейку» в руки (хоть в резиновых перчатках, хоть в металлических, хоть в чем), он создает на ней потенциал, отличный от земного, и тем самым включает «электропылесос». Этот потенциал невелик, всего несколько вольт, но его достаточно. А при чем здесь «воздух из трехкомнатной квартиры»? Из диаграммы на рис. 1 видно, что львиную долю загрязнений дает совсем не воздух, а обитающие в нем люди, особенно бородатые и волосатые.

Другой мощный «электропылесос» – наведенное статическое электричество. Как только человек надел одежду, благодаря трению его тело приобретает электрический потенциал. Прикоснувшись к чему-либо незаземленному, например, к накопительному экрану, наэлектризованный человек делится с ним своим статическим электричеством. «Эффект пылесоса» – это не «ерунда», а статическая электризация – головная боль целого ряда отраслей промышленности. А причин для появления статического электричества в лаборатории «Протон-21» предостаточно. Все материалы, обладающие диэлектрическими и полупроводниковыми свойствами, а также незаземленные металлические конструкции подвержены наведению статического электричества, если присутствуют эффекты электростатической индукции или трения в любой форме. Например, электростатическая индукция возникает при сильных грозовых разрядах или при работе импульсной электронной установки в лаборатории С. Адаменко. В случае трения эффекты наведения статического электричества еще более многообразны. Это может быть даже трение воздуха об экран монитора вашего компьютера. «Сдуть» пыль? Да ее иногда и смыть не так просто! И не каждый, в том числе и авторы претензии, знает, что моющие свойства воды (особенно мыльной) объясняются тем, что она нейтрализует статические заряды на границе раздела между загрязненной поверхностью и частицами грязи.

Уже визуальное ознакомление с цветом брызг на накопительном экране указывает на то, что какого-либо макроскопического эффекта, связанного с «искусственным инициированием ядерного преобразования вещества» не существует. Брызги – это классическая медь. Микропримеси, как по элементному составу, так и по количеству, обнаруженные в лаборатории «Протон-21», не противоречат нашим представлениям о «пылевых эффектах», любые спекуляции на эту тему напоминают визит комиссии инвесторов в  «Промысловую артель химических продуктов «Реванш», принадлежавшую А. И. Корейко. А всеобщее недоверие к «научным результатам», полученным в лаборатории «Протон-21», имеет под собой  еще и то основание, что у нее нет современных измерительных и аналитических приборов, необходимых для проведения исследований мирового уровня.

Шокировала нас и агрессивно-хамская реакция на нашу публикацию. А в совершенный ужас мы пришли, осознав, что у покровителей С. Адаменко из политической и научной элиты страны образовательный уровень еще ниже, хотя решения они принимают судьбоносные для всей страны. Так, С. Адаменко постоянно ссылается на положительную оценку специальной комиссии Министерства образования и науки Украины, заключительный протокол работы которой никем не опротестовывался. Обращаем внимание С. Адаменко на то, что мы о нем (протоколе) не забыли. В связи с этим просим редакцию разослать по всем официальным адресам данную публикацию в качестве нашего протеста на вышеуказанный протокол.

Ну и, наконец, штрих «под занавес». Мы берем на себя труд созвать в Харькове расширенное заседание Научно-технического совета ННЦ «ХФТИ» и пригласить на него всех оппонентов и, наоборот, покровителей «Протона-21», обеспечив им предельную доброжелательность и предельно высокий научный уровень участников заседания. В  качестве основного докладчика приглашаем на него С. Адаменко – выступить с проектом неотвратимо грядущей Нобелевской лекции. Сразу после заседания – пресс-конференция для СМИ, которые обязательно будут приглашены. Отказ же от выступления предлагаем расценивать минимум как отказ от претензий на Нобелевскую премию. Мы полагаем, что это – абсолютно честные условия и, если случится невероятное, заранее готовы признать свое возможное поражение.

Валерий Шулаев, к.ф.м.н., ст.н.с.;
Валерий Тырнов, к.ф.м.н., журналист.

© Copyright Тырнов Валерий Федорович (valeryj@mail.ru), Шулаев Валерий Михайлович. Перепечатка разрешается, гонорар приветствуется.  

Термоядерная «спичка»


К нашему удивлению, оказалось, что в связи с работой возглавляемой Станиславом Адаменко частной Лаборатории электродинамических исследований «Протон-21» возникают вопросы не только научного, но и морально-этического и даже общефилософского характера, имеющие большую общность и глубину.

И большая их часть, как нам кажется, не осознается не только сотрудниками лаборатории, но и всем украинским (а возможно – и более широким) научным сообществом. Это указывает на определенные системные дефекты в отношениях между наукой с одной стороны, и обществом и государством – с другой.  В данной публикации именно на этих вопросах мы и собираемся сделать акцент.

 А суть экспериментов, проводимых в лаборатории «Протон-21», корреспондент газеты «2000» Анатолий Лемыш пересказывает так: «Бомбардируя мишень сравнительно слабым пучком электронов, они «на выходе» получают явления, происходящие, как считается, внутри нейтронных звезд. Мишень коллапсирует (сжимается внутрь), потом происходит взрыв, он сопровождается ярчайшей вспышкой, ядерной трансмутацией (появлением большого количества ядер элементов, которых не было в мишени) и потоком всевозможных излучений. Энергия взрыва в миллионы раз (!) превышает энергию первоначального электронного пучка. Остается ее «запрячь», что, по всей видимости, задача непростая, но технологически вполне реализуемая».


Парадигма физического исследования

Нам доводилось, как самим читать курсы общей физики, так и знакомиться с курсами, прочитанными другими. Подавляющее их большинство начинается с введения в предмет, а значительная его часть уделяется изложению современной парадигмы физического исследования.

Согласно этой парадигме, физическое исследование начинается с наблюдения. Широко известна следующая история. Фарадей сделал перерыв в лекции. Во время перерыва его студенты занимались тем, чем занимаются все студенты во все времена – они «трогали руками» выставленные на столе приборы. Вдруг Фарадей заметил, что, когда шалун вставляет стержневой магнит в катушку, стрелка присоединенного к ней гальванометра отклоняется. Шалуну плевать, он туда и не смотрит, а Фарадей – потрясен! Это – наблюдение, из которого родилась вся электротехника, которая была, есть и будет.

Далее взволнованный Фарадей, выставив студиозов после лекции, начинает сам «шалить». Сначала его интересует, что в этом наблюдении существенно, а что нет. Мензурка, стоявшая на столе, - существенна? Он убирает ее, но стрелка все равно отклоняется. Нет, несущественна. Несущественно, во фраке ли он, или без фрака. Ну и т.д. А поскольку он – все-таки Фарадей, он догадывается, что и гальванометр не играет роли, и формулирует результат своих опытов так: при изменении магнитного потока, пронизывающего замкнутый проводящий контур, в нем возникает электрический ток. У этого явления давно есть имя – электромагнитная индукция. Здесь-то и появляется его величество эксперимент: когда экспериментатор ставит опыты, он задает природе свои вопросы и получает на них ее ответы. Но не всегда, конечно, возможно вот так легко перейти от наблюдения к опытам.

Теперь наступает время осмысления всех этих экспериментов, выработки новых понятий, необходимых для их понимания, и попытки на их языке сформулировать наблюдаемые закономерности. Постепенно приходит догадка, что электродвижущая сила индукции в контуре равна скорости изменения магнитного потока, пронизывающего этот контур, с обратным знаком. Вот эта догадка (она приходит в голову, как правило, великому человеку) называется гипотезой.

После появления гипотезы начинаются попытки ее опровергнуть, и только если они заканчиваются неудачей, гипотеза приобретает статус теории. Но и это еще не все. Далее, как правило после многих лет научных трудов многочисленных исследовательских коллективов и ученых, имеющих в своем распоряжении самые разнообразные материальные ресурсы, для этой теории устанавливаются границы применимости. С этого момента физическая теория становится абсолютной истиной. Собственно говоря, когда профессионал говорит «теория», он чаще всего подразумевает, что она включает в себя и границы своей применимости. Это только ленивый и нелюбознательный школьник формулирует второй закон Ньютона «эф равняется эм умноженное на а», а человек грамотный обязательно держит в уме еще и довольно длинный ряд ограничений, при выполнении которых данное утверждение истинно. Вот эта-то тетрада – наблюдение – опыт – гипотеза – теория – и составляет современную парадигму физического исследования. В этой парадигме может меняться очередность действий. Например, гипотеза может быть высказана до опыта, как в случае эффектов Джозефсона. Но все равно, только опытная проверка превратила его гипотезы в теорию.

Полученный таким образом научный продукт  надежен. Хотя с точки зрения чистой теории (вероятностей) ошибку и нельзя полностью исключить, вероятность ее настолько (как говорят – исчезающе) мала, что ею с чистой совестью можно пренебречь.

Смена парадигмы?

В последние несколько десятилетий складывается впечатление, что эта парадигма находится под угрозой. Почему? С одной стороны, дело в том, что в мире появляются уникальные физические установки, которые никто то ли не может, то ли не хочет повторить. А с другой – и в том, что появляются гипотезы, для прямого доказательства или опровержения которых (в каком-то решающем эксперименте вроде опытов Перрена с броуновским движением, давших прямое доказательство существованию молекул) у людей, скорее всего, никогда не будет необходимых ресурсов. Такова, например, гипотеза суперструн, без достаточных на то оснований частенько называемая теорией.

По этой причине научная истина и сама по себе теряет «твердость», и фундамент, на котором она зиждется, становится зыбким и расплывчатым. Ибо апробация результатов, их воспроизводимость, повторяемость оказывается затруднительной. А невоспроизводимое – кому оно нужно?

Не будем даже пытаться обсуждать проблему повторяемости таких исследовательских комплексов, как, скажем, построенный CERN-ом Большой Адронный Суперколлайдер стоимостью в 3 млрд. долларов. Это международный проект, и достаточно заменить работающий на машине коллектив исследователей (а ротация научных кадров там обязательно будет – таково уж свойство международных проектов), и сразу же можно с полным правом считать, что у этого коллектива в руках новая машина. Потому что с точки зрения добытых результатов совершенно безразлично, строить ли идентичные машины самим, или по очереди работать на одной-единственной. Так что, здесь все в порядке. Почему то же самое нельзя отнести к установке в лаборатории «Протон-21»?

Возможно, ситуация, сложившаяся в «Протоне-21» и вокруг него, уникальна. Возможно, - нет. Но даже, если она уникальна, понятно, что она может повториться в любой момент в любом месте.

Уникальная ситуация в данном конкретном случае сложилась в связи с тем, что коллективу лаборатории удалось создать установку, аналогов которой нет нигде в мире. Ее никто не воспроизвел, а, скорее всего – даже не пытался этого сделать. И дело здесь даже не в деньгах. Один из авторов когда-то потрясенно смотрел на лужу, над которой небрежно порхал ничем не выдающийся ветерок, и вдруг с поверхности ее потянулись в небо мелкие крутящиеся смерчики. Зрелище – незабываемое. И площадь лужи – максимум два квадратных метра – вполне лабораторного масштаба. Но как ЭТО повторить человеческими руками??

Установка Адаменко представляет собой мощный импульсный ускоритель электронов с чрезвычайно высокой объемной плотностью энергии. А наносекундные длительности импульсов обеспечивают их фантастическую мощность. В параметрах этих импульсов в самих по себе нет ничего принципиально недостижимого. Но как их повторить?? «Приезжайте и посмотрите» - говорит иногда С. Адаменко, но чаще – отсылает к сайту лаборатории. В составе одной из комиссий, посетивших лабораторию, был и один из авторов (В. Шулаев). Он действительно приехал, чтобы посмотреть. Что же он увидел? Ему показали «черный ящик». Сказали, что внутри него идет «стрельба» импульсными электронными пучками. Провели по нескольким комнатам. В них находились допотопные измерительные приборы образца 60-х годов прошлого века. «А можно посмотреть на диодную систему из источника электронов и мишени?» «Нет, нельзя, это наше «ноу-хау». Доступ внутрь «черного ящика» ограничен чрезвычайно: говорят, его имеет только узкий круг доверенных С. Адаменко лиц. И на диодную систему (изначальная версия которой, кстати сказать, была разработана сотрудниками ННЦ «ХФТИ») они никому не дают посмотреть. И это тем более странно, что на установку вместе с диодной системой выданы открытые патенты Украины (№ 71084 ) и России (№ 2261494): «Способ ударного сжатия вещества, устройство для его осуществления и плазменный катод для такого устройства». Ни один из авторов, достаточно поживших и поработавших в режимных учреждениях, никогда не сталкивался с такой нелогичной закрытостью.

Ферма, сформулировавший свою знаменитую теорему без доказательства, оправдывался малыми размерами полей книги, на которых он ее записал. Доказать эту теорему повторно удалось только через 2-3 века, да и то: вряд ли найденное доказательство повторяет то, которое нашел Ферма. Он-то, скорее всего, нашел нечто достаточно компактное и чрезвычайно остроумное. Или ошибочное. Почему – нет? А здесь – «ноу-хау». Изделие, являющееся «ноу-хау» при всем энтузиазме в попытках его повторить тоже имеет все шансы быть повторенным только через века.

История военной техники знает много примеров, когда попытки механически скопировать чужой завидный образец завершались неудачей, однако само его наличие, живого и исправно функционирующего, стимулировало поиски путей воспроизведения пусть не устройства, но результата, т.е. другого устройства, с помощью которого достигался бы тот же, или даже лучший, результат. Советский Союз, например, одно время развивал жидкостные ракетные двигатели, а в это же время в США появилось параллельное твердотопливное направление. Тем более никто не будет пытаться скопировать чужое «ноу-хау», если его живьем нет в руках.

Ясно, как день, что и хозяева «Протона», и научный коллектив лаборатории преследуют не только научные, но и коммерческие цели. Но они сами себе создают парадоксальную ситуацию: с одной стороны, они заявляют о выдающихся экспериментальных результатах, и эти результаты – если только они имеют место! – действительно обещают очень много, а с другой – блокируют самую возможность их повторения сторонними исследователями, хотя только такое повторение позволит сказать: «Да, такое явление действительно существует». В этой связи вспоминается имевший место двадцать лет тому назад бум, когда был открыт целый класс веществ, переходящих в сверхпроводящее состояние при «высоких» температурах. Тогда исследователи наперегонки публиковали свои сообщения в любых печатных экспресс-изданиях, и в первую очередь, ежедневных газетах – Бог с ними, с респектабельными научными изданиями, лишь бы побыстрее довести свой успех до коллег, и пусть они его поскорее проверяют, ведь без подтверждения нет приоритета! Какие бы, между прочим, бумаги ни были скреплены государственными печатями. Ученые разных стран годами бились, чтобы рассекретить свои засекреченные государством исследования, потому что секретность снижает темп научной работы. Это – нормальное для ученого поведение.

Интересно, что С. Адаменко вроде бы прекрасно все это понимает. Вот что он сказал в не такие уж давние времена корреспонденту газеты «Бизнес» Дмитрию Ангелину: «По сложившимся традициям, для научного признания, во-первых, необходима “критическая масса” публикаций в авторитетных изданиях, а во-вторых — воспроизведение наблюдаемых явлений в других лабораториях. Что касается воспроизведения, то мы еще ничего не делали для его ускорения и пока с этим не спешим».

24 февраля исполнится 7 лет со дня первого исторического эксперимента в лаборатории «Протон-21». И за 7 лет – никаких подвижек! Кроме разве что озвученной претензии на Нобелевскую премию. Вот почему даже при предельной доброжелательности возникает подозрение, что люди, создавшие такую странную ситуацию, заинтересованы в том, чтобы именно ее и эксплуатировать, а вовсе не декларируемые ими результаты. А до тех пор, пока они не повторены, они и не признаны. Потому что парадигма велика и всесильна, и она работает. И если ей суждено рухнуть, она обрушится и без усилий «протоновцев», но никогда она не приспособится к их интересам и потребностям, никогда не «ляжет под них».


Термоядерная искра

Во многом познании много печали. Овладение силами природы несет с собой не только новые возможности, но и новые угрозы. С того момента, как человек сделал первую лодку и сел в нее, у него появились дополнительные шансы утонуть. График зависимости энергии связи атомных ядер, приходящейся на 1 нуклон (протон или нейтрон) от атомного номера – горбатая кривая. Она означает, что самые устойчивые ядра находятся в середине таблицы Менделеева. А самоподдерживающиеся ядерные реакции идут так, чтобы их продукты принадлежали к зоне большей устойчивости по сравнению с исходными ядрами. То есть для ядер в конце таблицы Менделеева энергетически выгодно их деление, а для ядер начала – синтез. И вовсе не обязательно, чтобы это был водород. Это может быть чертова уйма элементов, среди которых есть очень распространенные.

Чтобы зажечь реакцию синтеза тяжелого водорода, внутри водородной бомбы сначала взрывается атомная. Этот взрыв развивает температуры, при которых начинается синтез. А далее правомерно задать вопрос: не создаст ли уже взрыв  водородной бомбы локальные условия для вовлечения в термоядерную реакцию более тяжелых элементов из окружающей среды? Если «да», то это была бы термоядерная катастрофа для всей нашей планеты. Когда американские физики создавали взрывное устройство, подобное водородной бомбе, они осознавали, что такой вопрос перед ними стоит, и что он нуждается в ответе. Поиском ответа занималось несколько независимых научных групп физиков-теоретиков, и только тогда, когда все они дружно сказали военным «можно», было взорвано термоядерное устройство (еще не бомба).

Аналогичный вопрос возникает в связи с сооружением Большого Адронного Суперколлайдера, в котором физики собираются воспроизвести условия, существовавшие в момент зарождения Вселенной. Он состоит в следующем: не может ли в ходе этих экспериментов появиться «черная дыра», которая в конечном счете поглотит и экспериментаторов, и суперколлайдер, и весь этот прекрасный мир? Вопрос осознается, он обнародован и есть уверенность, что эти эксперименты не будут поставлены, если будет оставаться хоть малая доля сомнений в отрицательном на него ответе.

Нет ничего удивительного, что те же вопросы возникают и в связи с «протоновскими» экспериментами. Процитируем фрагмент диалога между корреспондентом газеты «2000» и сотрудником лаборатории, профессором Киевского университета им. Т. Г. Шевченко доктором физ.-мат. наук Владимиром Высоцким (Анатолий Лемыш, «Приручить нейтронную звезду», газета «2000» №15(265) от 15-21.04.2005): 

-- А что вы скажете по поводу безопасности вашей маленькой бомбочки? Не могут ли ее использовать, например, террористы?

В.В.: Это небольшие процессы, при их помощи нельзя устроить большой взрыв. К тому же, он всегда направлен внутрь.

-- Но в результате-то получается взрыв наружу! И вообще: нельзя ли при помощи такого мини-ядерного взрыва запустить реакцию, которая привела бы к коллапсу всего окружающего мира?

В.В.: Нет! Взрыв всегда принципиально ограничен той мишенью, на которую направлен луч, и весь процесс проходит внутри нее. Наружу вылетают только продукты ядерных преобразований, которые сами не могут вызвать повторных взрывных процессов.

Мы просим обратить особое внимание на выделенный текст. Потому что, если «весь процесс проходит внутри нее», то куда девается якобы выделившаяся энергия? В какой форме она «выделилась», если она как бы «провалилась внутрь»? И как это согласовать с известным интервью С. Адаменко, данным им ВТГ (в №29 за прошлый год), в котором сказано, что секрет успеха состоял в том, чтобы «организовать саморазвивающийся, самоподдерживающийся процесс обострения, увеличения плотности энергии, но так, чтобы процесс получился с положительной обратной связью». Здесь ничего нет об ограничении его пространственно-временного масштаба. Наоборот, эти слова наводят на мысли о самостоятельном (после инициации) его распространении в пространстве (если еще точнее, – самораспространяющийся нуклеосинтез. И никто пока не знает, как им управлять, если он случится).

Да и вопрос о величине этой энергии тоже очень интересен. Энергия, закачиваемая в первоначальный электронный импульс, по порядку величины равна 0,1 - 1 КДж, а, по словам С. Адаменко, «соотношение вложенной энергии и выплеснувшейся разнится на 5-6 порядков», т.е. равно (по порядку величины по отношению к вложенной энергии) 0,1 - 1 ГДж (гигаджоуль!). Поэтому давайте будем вслед за С. Адаменко полагать (см. там же), что от одного электронного импульса в окружающую среду выделилось от 10 до 30 МДж. Переведем это в более понятный читателю тротил.

Удельная теплота тротилового взрыва составляет 4,190 МДж/кг. (см.: Орлова Е. Ю., Химия и технология бризантных взрывчатых веществ, 2 изд., Л., 1973). Если «от 10 до 30 МДж», то это – в тротиловом эквиваленте – от 2,5 до 7-8 кг. Такой взрыв разнесет в клочья и «Протон» и «протоновцев» в первом же «успешном» эксперименте! Ну, разве что «энергия ушла внутрь»…

Да и откуда берется величина «от 10 до 30»? Считая, что журналист правильно воспроизвел слова Станислава Васильевича, процитируем соответствующий фрагмент: «Что получаем после коллапса? Во-первых, изотопы элементов всей системы Менделеева от водорода до сверхтяжелых элементов. Можно для каждого ядра просчитать, сколько для такого превращения понадобилось энергии. Получается, что только по каналу ядерных превращений потребовалось 10-30 мегаджоулей! То есть, соотношение вложенной энергии и выплеснувшейся разнится на 5-6 порядков!».

Отсюда более-менее однозначно следует, что энергию эту никто прямо (скажем, калориметрически) не измерял (еще бы – килограммы тротила!). Она оценивалась косвенно, а косвенные оценки всегда основаны на каких-то предположениях, которые могут оказаться и недостаточно оправданными. Да и вся приведенная цитата для физика выглядит настолько неряшливо, что ее истолкование, скажем так, несколько затруднительно.

Другим примером некорректного использования физических представлений в лаборатории «Протон-21» являются ссылки на критерий Лоусона. («Приручить нейтронную звезду»). Во-первых, конкретные числа, фигурирующие в формулировке критерия Лоусона г-ном С. Адаменко, относятся к дейтерий-тритиевой плазме. Во-вторых, он определяет не  условия зажигания реакций термоядерного синтеза, а условия их самоподдерживающегося  протекания в течение достаточно длительного временного промежутка. (См., например, В. В. Вихрев, В. Д. Королев. Критерий зажигания самоподдерживающейся термоядерной реакции в Z-пинчах. В сб. «ХХХII Звенигородская конференция по физике плазмы и УТС», 14-18 февраля 2005 г). А это – разная физика, потому что к моменту поджига даже самое понятие температуры неприложимо. В общем, критерий Лоусона не является чем-то фундаментальным, вроде формулы Эйнштейна, он чувствителен ко многим конкретным обстоятельствам. Поэтому заявления С. Адаменко о превышении критерия Лоусона «в каждом из 10 000 экспериментов» из-за несопоставимости условий синтеза имеют такой же смысл, как и его утверждение о количестве энергии, «выплеснувшейся» в результате зажигания «нуклеосинтеза» в материале медной мишени. Нельзя же так. Как говорил Жванецкий, «тщательнее надо».


Почти бесполезный эпилог

Конечно, физика никогда не была «простой наукой», а сегодня и подавно. Есть в ней вещи, доступные лишь пониманию специалистов. Но это, скажем так, «промежуточные вычисления» и «промежуточные рассуждения». А ее окончательные результаты выходят в область повседневного опыта и всегда могут быть поняты в рамках того, что называют житейским здравым смыслом. Мегаджоули всегда можно перевести в килограммы тротила, а с тротилом подавляющему большинству все ясно, даже если кто его и в руках не держал. Но… почему-то никто не переводит, и по этой причине, чтобы спрятать абсурдность результата, оказывается достаточно воспользоваться (вовсе даже не специально) непривычной для большинства единицей измерения. Не верится, что абсурда вообще никто не заметил, кто-то, наверное, все же заметил и бросил газету с очередным интервью С. Адаменко в корзину: «Печатают же всякую чушь!» Что ж, имеет право…

Хуже другое. Хуже то, что у нас нет людей, которые по должности были бы обязаны замечать такие нелепости и реагировать на них. В СССР этим занималось гигантское ведомство, которое называлось Комитетом по делам изобретений и открытий. Там сидели люди, к которым попадали заявки. У них была целая армия помощников-экспертов. Она называлась Всесоюзный Государственный Научно-исследовательский Институт Патентной Экспертизы. Один из авторов, будучи школьником, увлекался химией. Когда запустили первые искусственные спутники Земли, он решил немного помочь ракетчикам, и написал в Президиум Академии Наук, что самым лучшим ракетным топливом будет твердый атомарный водород. Ответ пришел из Комитета. Он гласил, что твердого атомарного водорода не бывает, а посему…

Что тут скажешь, не бывает – значит, не бывает. Но уже в конце семидесятых ему довелось прочесть, что в США атомарный водород все же используется в твердых топливах. В шашки молекулярного твердого водорода там добавляли радиоактивный фосфор, продукты распада которого разбивали молекулы водорода на атомы. Так удавалось добиться 15-процентного содержания в шашках атомарного водорода.

То есть, в СССР это дело было построено так, что «сито» ВНИИГПЭ скорее отбраковывало идею разумную, но необычную, чем пропускало нелепость.

Это, конечно, не совсем то, что нужно. Не идеал. Но нельзя же шарахаться и в другую крайность и выдавать патенты, не подвергнув заявку проверке даже на житейский здравый смысл, хотя уж это-то сделать несложно и совершенно необходимо при любой системе патентования и при любой патентной политике. Два государства выдали патенты, и ни одно из них, оказывается, не имеет «фильтра по здравому смыслу». И не делает это чести ни Госдепартаменту интеллектуальной собственности Украины, ни украинскому Министерству образования и науки, тоже оказывающим «Протону» всемерную поддержку.  Глава ГДИС, кстати сказать, совсем недавно в газете «Известия-Украина» утверждал, что «Протон» вот-вот… «родит». Блажен, кто верует. Вот и говорите после этого, что Украина-де – не Россия, а Россия – не Украина. Ум у нас, может быть, и разный, а вот глупость еще со времен Салтыкова-Щедрина – общая.

Валерий Тырнов
Валерий Шулаев

© Copyright Тырнов Валерий Федорович (valeryj@mail.ru), Шулаев Валерий Михайлович. Перепечатка разрешается, гонорар приветствуется. Реквизиты – по е-мэйлу.

 

воскресенье, 20 декабря 2009 г.

Лыко в строку

А вот какая божественная прелесть! Как будто специально "в подверстку" к предыдущему посту (http://www.kp.ua/daily/181209/207008/): 

18 Декабря 2009, Наталья АМИРХАНЯН 

Родители школьников через суд хотят потеснить Дарвина 

Дописать в учебники физики, астрономии, биологии теорию о божественном происхождении человека и Вселенной!

Такое требование выдвинули Министерству образования родители восьми украинских школьников. Среди них - харьковчане и львовяне

Истцы уверены, что сегодняшние учебники нарушают право их детей на свободу мировоззрения, навязывая атеизм.

Отстаивать права своих детей родители отправились в Киевский окружной административный суд. Изначально в схватку с Минобразования решили вступить восемь родителей. По всей вероятности, к следующему заседанию несогласных будет больше.

- У нас нет претензий к школам, в которых учатся наши дети, или к учителям, только к системе образования, которая навязывает одну точку зрения на происхождение жизни и человека. Ведь это философский вопрос. А у нас как наследие тоталитарной советской системы детям навязывают атеизм. Мы не против эволюционной гипотезы, многие ученые в нее верят. Нас смущает одно, что ей посвящено много места, а всем остальным - одна строчка, - рассказал «Комсомолке» представитель родителей в суде Владимир Шепетько.

Родители хотят, чтобы учебники просвещали детей многосторонне. Теория о божественном происхождении должна быть достойно представлена в школьной литературе. Если давать детям однобокую информацию, у них сформируется неправильное мировоззрение, уверен Владимир Шепетько.

Чиновники, в свою очередь, не считают, что они что-либо нарушили. Во-первых, мы живем в светском государстве. А во-вторых, изучение теории в школьной программе не обязывает ученика становиться материалистом.

- Информацию о божественном происхождении человека никто не скрывает от детей. Но если бы мы были христианской республикой, действительно, наши сегодняшние учебники нарушали бы Конституцию. Но у нас государство отделено от церкви. Поэтому перспектив у этого иска, на наш взгляд, нет, - уверен замначальника юридического отдела МОН Виктор Могин.

Учебники, по которым учат наших детей, не нарушают ни право на получение информации, ни всеобщие Декларации о правах человека и ребенка, настаивают юристы министерства.

 

суббота, 19 декабря 2009 г.

Суд человеческий




В тот момент, когда фотограф нажимал на спуск, предмет съемки - молодой человек, иронично поглядывающий сквозь круглые очки, нервно теребя кончик полосатого галстука, был одним из самых знаменитых людей в мире. Это школьный учитель Джон Скоупс, преподававший в штате Теннеси в 1925 году.

Как раз тогда губернатор штата Теннесси подписал Закон Штата, запрещающий преподавать в любом финансируемом штатом образовательном учреждении «любую теорию, отвергающую историю Божественного Сотворения человека, которой нас учит Библия, и учит вместо этого о том, что человек произошёл от животных низшего порядка».

Скоупс новому закону не подчинился и продолжал преподавать не признаваемую церковью эволюционную теорию в школе. Суд над Скоупсом вошел в историю под названием Обезьяньего процесса. Скоупс проиграл и был приговорен к уплате штрафа в размере $100. Теперь эволюционная теория сама является “священной коровой”, хотя достаточно авторитетные люди (например, Уорвик Коллинз) утверждали, что и без господа Бога не все в ней гладко и благополучно. Затравленный Коллинз был вынужден уйти из биологии.

Дело, конечно, не в этой сотне. На самом деле решался вопрос, может ли человеческий суд вмешиваться в отношения между Богом и наукой? Вправе ли он оценивать ее аргументы и принимать их или не принимать? Суд штата Теннеси решил, что он – вправе.

Когда в 1972 году Джеймс Лавлок и Лин Маргулис решились обнародовать свою статью, ставшую одной из основополагающих для вошедшей в учебники теории эндосимбиоза, серьезные научные журналы отказались ее публиковать (она была опубликована в журнале научной фантастики, издававшемся знаменитым астрономом Карлом Саганом), а чиновник Национального фонда науки США заявил Лин, что ей больше не следует подавать на грант. Чем не проявление “человеческого суда”?

В статье Уилла Харта “Подавление инакомыслия в науке” можно прочесть такие строки: «Если за чьей-то позицией или теорией стоят весомые интересы, трудна задача тех, кто бросает ей вызов. Трудности увеличиваются, если бросающие вызов — аутсайдеры, которые «не играют по правилам». Если вы — талантливый ученый с хорошим послужным списком, работающий в элитном институте, напишете обычную на вид научную статью с бросающими вызов идеями, у вас может возникнуть достаточно сложностей. Для любого другого это будет гораздо труднее».

Чарльз Дарвин вторгся в сферу творения, монополизированную господом Богом. Лавлок и Маргулис тоже “влезли не в свое дело”. Сотрудник НАСА Лавлок должен был заниматься поисками ответа на вопрос, есть ли жизнь на Марсе, а вместо этого он совместно с Маргулис создал то, что теперь чаще называют (возможно, и даже, скорее всего, неправильно) теорией глобального потепления.

Но теория Дарвина, при всей ее огромной значимости, не задевает (по крайней мере в ближайшей перспективе) хозяйственной деятельности людей и для бизнеса “совершенно безвредна”. Чего нельзя сказать о глобальном потеплении. Общепризнано (и спорить с этим практически невозможно), что причиной его являются выбросы в атмосферу так называемых парниковых газов. Главные среди них – углекислота, метан и водород. Причем, человек является мощным производителем углекислоты, а выбросы метана и водорода имеют практически исключительно естественные источники и от человека не зависят. Теория Лавлока занимается техногенной углекислотой, а естественные метан и водород – “не ее парафия”. В настоящее время нет единого мнения по поводу того, какие именно парниковые газы являются главной причиной глобального потепления – техногенные или естественные. В принципе можно представить себе, что его настоящая причина нами вообще до сих пор не обнаружена.

Практической иллюстрацией к последнему утверждению служит история “спасения озонового слоя”. В свое время теория его разрушения техногенными фреонами была награждена Нобелевской премией, а Монреальский протокол запретил их производство. В изменившейся экономической среде разорились многие производители фреонов, зато возвысились несколько глобальных компаний-монстров, производивших альтернативу им. А спустя некоторое время оказалось, что основными разрушителями озонового слоя являются все же не фреоны, а поступающие из планетных недр метан и водород.

Когда в самом начале века московский доцент-геолог Владимир Сывороткин защищал докторскую диссертацию «Экологические аспекты дегазации Земли», на его защиту съехались около 100 докторов с единственной целью – провалить диссертанта с возможно более громким треском. Как так – весь мир уже пришел к консенсусу, а какой-то доцент “возникает”? Однако Владимир Леонидович в ходе длившейся беспрецедентных нескольких дней защиты отбился от роты недоброжелательных оппонентов, а Ученый совет МГУ присвоил ему докторскую степень. Но отменять по этому поводу Монреальский протокол и последовавшие за ним документы никто, естественно, не стал. Озоновый слой разрушается, как и разрушался, ущерб, нанесенный мировой экономике его “защитой”, широкой публике остался не известным. “Человеческий суд” опять победил.

Теперь в обозримом будущем “Обезьяний процесс” может снова повториться. Пусть не дословно, в обновленных формах и на другой почве, но – тем не менее: Торговая палата США решила судиться с учеными из-за глобального потепления. Крупнейшее объединение представителей бизнеса попросило Агентство по охране окружающей среды (EPA) вынести спор об изменении климата на публичное слушание, подобное судебному процессу. В случае же вероятного отказа Палата намерена обратиться в суд федеральной инстанции. Цель бизнесменов – избежать жестких ограничений на выброс в атмосферу парниковых газов, пишет Lenta.ru. Палата надеется с помощью нового «процесса» продемонстрировать обществу отсутствие научного консенсуса относительно антропогенной природы глобального потепления. Большинство американцев в антропогенную природу потепления не верят. Президент Барак Обама, напротив, выступает за борьбу с выбросами и лоббирует соответствующую позицию в Конгрессе.

В том же контексте можно упомянуть и тайну происхождения ископаемых нефти и газа. Почему-то в широкой публике (опять суд человеческий?) считается общепризнанным их происхождение из органических остатков на дне древних морей. В то же время в статье крупного специалиста по геологии нефти и газа Б. М. Валяева “Углеводородная дегазация Земли и генезис нефтегазовых месторождений” черным по белому написано: «Таким образом, в аспекте УВ-дегазации Земли формирование нефтегазовых залежей не связано с медленным на протяжении миллионов лет улавливанием, концентрацией рассеянных в породах УВ-газов и микронефти. Это всего лишь побочное явление на фоне грандиозных процессов разгрузки глубинных УВ-флюидов... В свете современных данных по УВ-дегазации Земли формула "нефть из жизни" представляется архаичной. В обобщенном виде точнее выглядит формула "нефть и жизнь из продуктов дегазации Земли".

Что в сухом остатке? Не получается ли, что наука наукой, а судьбы мира определяются предрассудками и мифами, бытующими среди лишь слегка образованных людей?

© Copyright Тырнов Валерий Федорович (valeryj@mail.ru). Перепечатка разрешается, гонорар приветствуется.   

Фото из Википедии 







Rambler's Top100 Полный анализ сайта Всё для Blogger(а) на Blogspot(е)! Закладки Google Закладки Google Закладки Google Delicious Memori БобрДобр Мистер Вонг Мое место 100 Закладок